Sheva (sheva_vet) wrote,
Sheva
sheva_vet

Categories:

Операция на соске коровы



Шестнадцать лет назад знакомый врач-кардиохирург подарил мне коробку невиданного мной доселе шовного материала – «атравматики», тонких хирургических игл, к которым был прикреплен очень тонкий капрон темно-синего и черного цвета. Сами иголки были всего сантиметр в длину. Игла и метр нити хранились в герметичной упаковке, в растворе спирта. Таким шовным материалом пришивают кардиохирургические протезы – клапаны сердца и крупные кровеносные сосуды.
Я была рада подарку и мечтала побыстрее испробовать его в работе.

Через два дня меня вызвали к корове, принадлежащей фермеру. Одна из его коров наступила на вымя своей соседке, недавно отелившейся пожилой корове со странной кличкой Градация. Вымя у нее было очень большое, корова была высокоудойной, хотя ей в том году исполнилось уже тринадцать лет.
Я приехала к фермеру, прихватив с собой новый шовный материал. Фермер Борис Борисович предупредил меня, что корова очень строгая, не любит чужих людей и может лягнуть. И попросил не пользоваться никакими препаратами для наркоза – несколько лет назад у него в хозяйстве был неудачный опыт с наркозом, и страх невозможно было победить никакими уговорами.

Борис Борисович позвал двух работников, чтобы они повалили и зафиксировали корову в лежачем положении. Мне принесли ведро с горячей водой, мыло, полотенце и даже стерильные бинты. Корову повалили на подстилку из чистой соломы. Я промыла рану и рассмотрела, в каком состоянии сосок.
Сосок по всей длине был рассечен почти до самого соскового канала. А возле отверстия канала рассечено было насквозь.
Перед наложением швов нужно сосок обезболить новокаином. Но я подумала, что нет смысла в этом, если иглы моего нового шовного материала в несколько раз тоньше, чем иглы от шприца. А значит, и накладывание швов будет безболезненнее, чем сами уколы новокаина.
Я промыла с мылом не только один травмированный сосок, но и все вымя. Мыло я предпочитаю обыкновенное хозяйственное, светло-коричневого цвета. Оно очень хорошо очищает от грязи и микробов.
Затем я обработала рану перекисью водорода, вытерла насухо стерильной салфеткой. После этого можно было приступить к самому интересному и сложному – наложению швов. Борис Борисович принес мне свою настольную лампу. Я поставила ее на солому возле вымени, разложила инструменты и… разлеглась на соломе сама. Пусть это было не очень профессионально, но зато удобно.
Перед тем, как накладывать швы, я засыпала полость раны своим любимым антибиотиком для наружного применения – трициллином. Трудно вспомнить операцию, где я не пользовалась бы им. И всем владельцам животных – начиная от черепашки и заканчивая лошадью – рекомендовала всегда иметь трициллин в своей аптечке.
Было непривычно шить новым материалом. Сначала я стала шить внутреннюю стенку соска, а потом - сшивать края раны. Непривычно ощущать, что в твоей руке не корявый кетгут, напоминающий толстую проволоку, и не крученая нить шелка, которая постоянно распушается или выскакивает из иглы. Шовчики получались такие аккуратные, а края раны после обработки соединялись так четко и плотно, что казалось – и не было никакой раны, а просто кто-то нарисовал розовую кривую линию вдоль соска, а потом вышил ее темно-синим узором.
После наложения швов сосок был последний раз обработан перекисью и присыпан трициллином вдоль всего шва.
Корова не шелохнулась ни разу за все время операции. Казалось, что эти нитки обладают анестезирующими свойствами – корова совсем не показывала недовольства тем, что кто-то прокалывает нежную чувствительную кожу ее вымени иглой. Я еще раз оценила качества «атравматики».
После того, как швы были щедро смазаны зеленкой, осталось обработать внутренность соска чем-нибудь антисептическим. В моей практике первое место по обработке труднодоступных мест занимают водорастворимые мази левомеколь и левосин, содержащие антибиотик левомицетин. Эти мази хороши тем, что при нагреве становятся жидкими. Я взяла флакончик с мазью, положила его на пару минут в кружку с горячей водой – и густая мазь превратилась в жидкость молочного цвета. Я набрала эту жидкость в шприц и аккуратно ввела внутрь соска. Потом легко помассажировала сосок, чтоб мазь равномерно распределилась внутри. Снаружи я обработала края раны йодом, а потом побрызгала спреем Биозолем.
Операция была закончена. Скотники развязали корову, но она не вскочила в испуге, а осталась лежать, мирно жуя жвачку.

Молоко после операции и вливания антибиотиков нельзя употреблять в пищу человеку. Но его можно пустить в корм домашним животным, например, в виде творога и сыворотки курам и поросятам при условии, что первая треть молока из соска, в который вливали антибиотики, не пойдет в пищу.

Еще два раза я приезжала посмотреть корову с зашитым соском. Сам хозяин раз в день после дойки вводил корове в сосок мазь левомеколь, а снаружи смазывал швы зеленкой.
Через десять дней я приехала в последний раз, чтобы снять швы. Мы снова поставили лампу на солому, я присела на корточки и аккуратно сняла швы с соска. Сосок выглядел отлично, не было воспаления и опухоли. Все эти дни корову доили по расписанию, не было пропущено ни одной дойки. Борис Борисович уверял, что надой уменьшился не более, чем на 200-300 мл в сутки, но намеревался раздоить корову до того же уровня, какой был до ранения.

Градация прекрасно вела себя как пациентка, хорошо перенесла операцию, не сбавила надоев. Все это впечатлило и растрогало ее хозяина, который вскоре перевел свою старушку в загороженное стойло, чтоб больше не случилось с ней какой-нибудь неприятности. А я еще три года встречалась с Градацией на вакцинациях. Каждый раз я любовалась ее огромным выменем, осматривала место, где были швы, но там не осталось ни малейшего шрама после операции. А это очень важно для лактирующей коровы – ведь рубцы могли повлиять на эластичность тканей соска, из-за чего канал мог сузиться и стать тугодойным.
Я оценила рабочие качества подарка кардиохирурга, и с тех пор все операции на вымени коров я проводила только с таким шовным материалом.


***
PS
Сейчас любому желающему доступно огромное количество различных видов качественного шовного материала отечественного и импортного производства наподобие того, каким я воспользовалась в тот раз. Рассасывающиеся нитки из викрола сохраняют прочность в организме животного от 7 до 120 суток, а специальные нити из из капрона, лавсана, нейлона не отторгаются тканями животного и могут находиться в организме животного всю жизнь, если этого требует операция. Стоит шовный материал недорого – от 10 до 40 рублей за штуку, и это может позволить себе любой владелец животного.
Tags: Статьи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments